18+

Человек, запечатлевший время

Сергей Крюков

21.11.2011

000_dv1037715

Европейцы видят в нем истинно русского художника, наследника кинематографической темы Андрея Тарковского, выразителя гуманистической философской традиции, идущей от великих писателей – Льва Толстого и Федора Достоевского. За продолжение моралистической и проповеднической линии одни его очень любят, а другие – сильно порицают. Именно это и делает Александра Сокурова фигурой титанической, стоящей как бы в стороне от всего общепринятого, массового, тиражного – вдали от всех.

Как режиссер Сокуров мог бы состояться в любое время, но как мыслитель и гражданин сформировался в советскую эпоху, и это обстоятельство значительно скорректировало масштаб его личности. Свобода выражения взглядов и требовательность к самому себе стали для него жизненным кредо. Он никогда не боролся с режимом. Но главенствующая в кинематографе коммунистическая идеология была ему категорически чужда. Без Сокурова не только российское, но и мировое кино было бы обездоленным. Выработав почерк, который ни с чем не спутаешь, он насытил его авторской темой. «Запечатленное время» – вот стиль его камеры. И такое кино требует от зрителя вдумчивости, склонности к созерцанию, а это во все времена – редкость.

Происхождение мастера

Александр Сокуров родился в 1951 году в сибирской деревне в семье кадрового военного и все детство провел в переездах из одной воинской части в другую. Пошел в школу в Польше, а окончил – в Туркмении. В 18 лет поступил на исторический факультет Горьковского университета. Параллельно устроился на работу в редакцию художественного вещания местного телевидения. И начал активно осваивать кино и телевизионную технологию. За шесть лет работы на горьковском телевидении создал несколько фильмов. Так с молодых лет кино прочно вошло в жизнь Сокурова – стало его мировоззренческим полем.

«Это один из тех фильмов, которые навсегда меняют всякого, кто их увидит», – сказал Аронофски, вручая Сокурову награду

Получив в 1975 году диплом историка, он послал документы в Москву, в Институт кинематографии, и поступил на постановочный факультет ВГИКа, в мастерскую документального кино Александра Згуриди. С этого момента можно считать, что Сокуров начал выстраивать свою творческую биографию. И первое, что ждало его на этом пути, – испытание школой.

Как позже вспоминал сам режиссер, он был принят во ВГИК «по недоразумению», разногласия между студентом и кафедрой (и особенно руководством учебного заведения) возникли почти сразу же. С одной стороны – с отличием сданные сессии, с другой – этюды и короткометражки, вызывавшие всеобщее раздражение. Они не вписывались в идеологические форматы, казались нарочито затянутыми, мрачными, их героев обвиняли в формализме и заведомо антисоветских настроениях. Сокуров буквально расколол педагогический коллектив института. На его сторону стали немногие, среди которых был друг и будущий соавтор практически всех кинокартин сценарист Юрий Арабов и несколько педагогов гуманитарных кафедр. В 1979 году сдав экзамены экстерном, на год раньше срока, Сокуров вынужденно закончил обучение во ВГИКе.

Ни одна из его студенческих работ не была принята кафедрой, и диплом он защищал телевизионным фильмом, снятым еще на горьковском телевидении.  А подготовленная полнометражная картина – «Одинокий голос человека» по мотивам повести Андрея Платонова «Происхождение мастера» – была забракована. Лента подлежала уничтожению, но спасло ее банальное воровство: Сокуров и Арабов взломали архив, выкрали пленку, подложив на ее место засвеченную.

Черно-белый фильм, глубоко лиричный, визуально безупречный, не остался незамеченным – вскоре он получит ряд фестивальных наград. Неоценимую моральную и профессиональную поддержку в то время оказал Сокурову другой опальный режиссер и товарищ по цеху – Андрей Тарковский. Когда ему показали дебютную работу, он дал картине самую высокую оценку, признавшись, что впервые встречает режиссера, у которого сам готов поучиться ремеслу. По рекомендации Тарковского в 1980 году Сокуров поступил на «Ленфильм» и целиком сосредоточился на собственных творческих задачах, не обращая внимания ни на критику, ни на откровенную вражду.

В течение длительного времени, вплоть до конца 1980-х, ни один его фильм не был разрешен советской цензурой к показу. И только смена политического строя изменила отношение властей на прямо противоположное. Несколько игровых и документальных картин, снятых Сокуровым раньше, вышли в прокат и стали представлять новое русское кино на международных кинофестивалях.

Единодушное признание

После того как режиссеру удалось вырваться из-под пресса несвободы, его творческая активность стала особенно плодотворной. Он снимал кино, работал на радио, преподавал молодежи, выпустил в Петербурге цикл передач «Остров Сокурова», в которых поднимал вопросы о месте кинематографа в современной культуре. И даже сделал в Японии несколько видеофильмов по заказу местных телеканалов.

С тех пор прошло уже тридцать лет. Сегодня Сокуров – признанный мэтр. Количество призов, премий и наград у него зашкаливает: дважды лауреат Государственной премии России, лауреат премии ООН, лауреат премий Робера Брессона, Витторио де Сика, Андрея Тарковского и Георгия Козинцева, пятикратный участник программы Каннского фестиваля, восьмикратный лауреат премии ФИПРЕССИ, лауреат двух премий «Ника», обладатель ТЭФИ, почетный гражданин городов Венеция и Неаполь, член многих комиссий по культуре, этике и творческому наследию.  В 1995 году по решению Европейской киноакадемии имя Александра Сокурова было включено в список ста лучших режиссеров мирового кино. На его счету 17 полнометражных лент и около 30 документальных, а еще прибавим сценарии, статьи и участие в социальных проектах.

В этом году Сокурову – 60 лет. Свой юбилей режиссер ознаменовал окончанием целой тетралогии («Молох», «Телец», «Солнце», «Фауст»), задуманной еще 30 лет назад и наконец осуществленной. Последний в этой цепочке фильм получил признание в Европе. Председатель жюри недавнего Венецианского кинофестиваля Даррен Аронофски отметил, что решение вручить главный приз «Фаусту» было принято единодушно: «Это один из тех фильмов, которые навсегда меняют всякого, кто их увидит».

Мысли о месте человека

А что же зритель? Зритель у Сокурова преданный и верный – был и остается таким до сих пор. Хотя, кажется, живи Сокуров в эпоху Возрождения, его творческие устремления встретили бы больше понимания, хотя и меньше восторгов. Прежде всего – это режиссер-мыслитель. А для мыслителя важны все темы: война и мир, отец и сын, человек и дьявол. Интерес к многообразию человеческих проявлений: позы, лица, анатомические подробности, странности поведения – все может стать для Сокурова поводом к новому кинематографическому опыту.

Вплоть до конца 1980-х ни один фильм Сокурова не был разрешен советской цензурой к показу

Так и рождались его фильмы: «Скорбное бесчувствие» – безудержная фантазия по мотивам пьесы Бернарда Шоу «Дом, где разбиваются сердца»; «Дни затмения» – гипнотическая зарисовка на тему юности; «Спаси и сохрани» – притча о бремени человеческих страстей и роковых законов судьбы; «Круг второй» – трагедия о потере смысла жизни как ритуала ценностей; «Камень», развивающий художественные принципы русского импрессионизма; «Александра», изучающая материнский инстинкт на фоне современной войны. Экспериментаторство у Сокурова – не дань моде, а осознанный принцип. Снимая в 2002 году «Русский ковчег», из экономических соображений он использовал прием непрерывного монтажа. Тысяча человек на съемках костюмированной картины в Эрмитаже стали участниками действия в реальном времени. За одну ночь был готов полнометражный фильм без единой монтажной склейки.

Умерщвление Фауста

В последней сокуровской работе много поводов к философскому размышлению. Возможно, для зрителя нашего скоростного века «Фауст» – почти единственный шанс подумать о проблемах бытия. Помня об этом, режиссер словно оставляет место для своевременных тревожных дум о будущем человечества в своих фирменных паузах. Почему же Сокуров настаивает, что это его главная картина о «разрушительной силе власти»? Наверное, потому что Гитлер и Ленин умерли, но Фауст вечно жив, даже если вы не верите ни в Бога, ни в дьявола, в Фауста вам поверить придется. Он с нами – он реален.

К сюжету Гете обращались и писатели, и композиторы, и художники, и, конечно, режиссеры. Если все известные версии трагедии разделяются по месту назначения героя – аду (Марло, Берлиоз, Манн, Шванкмайер) или раю (Гете, Гуно, Шуман, Лессинг, Мурнау), то сокуровский Фауст вовсе не собирается умирать. В финале восхождение бывшего доктора, а ныне властителя умов и повелителя вселенной, только начинается. Загробная жизнь для него – анахронизм, комичный фантом.

Без Сокурова не только российское, но и мировое кино было бы обездоленным. Он насытил его предельно авторским взглядом

Как уже сказано, «Фауст» – заключительная часть тетралогии. «Молох» (1999), «Телец» (2001) и «Солнце» (2005), предшествовавшие ему, были объединены центральной темой личности и власти. Во всех трех картинах герои истории (Гитлер, Ленин, Хирохито) представлены в момент кризиса, в тот самый период, когда человеческое борется в них со звериным. У Фауста нет никакой борьбы. Это персонаж, который легко мог бы родиться из-под пера Ницше. «Бог умер» – говорит его нервный взгляд. Подобно сверхчеловеку, он преступает все границы морали. Например, соблазняет Маргариту в комнате, где лежит еще не остывший труп ее матери, им же отравленной.

Все романтическое в фильме убрано на второй план. Действие перенесено в первую половину XIX века, в бюргерскую Германию, пронизанную мелким протестантским зудом – все здесь тесно и душно. Мефистофель торгует не только душами, но и церковными реликвиями, скульптурами Христа и Девы Марии, к которым испытывает эротическое влечение. С самого начала Фауст предстает как воплощение рациональности – никаких чувств и сомнений. Все магическое, сакральное, харизматическое, что заставляло испытывать симпатии к его многочисленным предшественникам, из сокуровского героя исчезло. Он предельно разумен, механизирован и телесен. Ниспровергатель всего и вся, патологически неудовлетворенный. Его душу уже нельзя продать, потому что ее попросту давно нет.

Посмотреть друг на друга

Конечно, не все согласны с единодушным выбором жюри Венецианского фестиваля. Кому-то фильм показался прямолинейным, чересчур патологичным, провокационным и даже разрушающим душу, а значит, и стереотипы. Отвечая на вопросы журналистов, Сокуров признался: «Я ничего не разрушаю – обычное, нормальное размышление. Фауст – реально существовавший когда-то человек. Гитлер – реально существовавший человек. Ленин – реально существовавший человек. Хирохито – реально существовавший человек. Что я разрушаю? Просто я смотрю на них как на людей. Людям пристало смотреть друг на друга». В этом признании – весь Александр Сокуров, тонкий и внимательный собеседник и при этом – миссионер, пророк, провозвестник. И если кто-то еще сомневается в этих терминах, ему стоит посмотреть хотя бы один его фильм. И повод к сомнению отпадет навсегда.

Фото по теме
Комментарии (1)

Espn 17.05.2016 09:23

Pin my tail and call me a donkye, that really helped.


Оставить комментарий

61b9bc0cadaceebbea21b3204954fbe0c1bd69e0



 
17.07.2019
L1200624
Алиса Лобанова на закрытом показе Dolce & Gabbana Alta Moda
Доменико Дольче и Стефано Габбана возводят итальянскую моду в абсолют и свой эксклюзивный показ Dolce & Gabbana Alta Moda...
17.07.2019
A199282_large
25-летний юбилей семейства спортивных моделей Audi RS
Первая модель семейства Audi RS — Audi RS 2 Avant — вышла на рынок 25 лет назад, положив начало невероятной...
04.07.2019
откр
Путеводитель по российскому театру. Часть II
Может ли известный артист быть хорошим администратором, способным сформировать новую репертуарную политику, наладить контакт с...