О Watch Russia
Вячеслав Елисеев, арабист, специалист по кросс-культурной коммуникации, глава Job for Arabists Business Solutions, — о новом этапе в российско-арабском диалоге.
Введению безвизового режима между Россией и Королевством Саудовская Аравия (КСА) этим летом быть, вопрос решенный и обсуждению больше не подлежит. Главным аргументом в пользу этого очередного шага навстречу друг другу стал рост туристических потоков. Однако в действительности значение такого решения выходит далеко за рамки туризма. Безвиз между Россией и некоторыми арабскими странами, в основном из региона Персидского (Арабского — как его называют сами арабы) залива, — это не столько упрощение поездок, сколько формирование новой инфраструктуры делового доверия и кросс-культурного диалога. Именно в такой точке сегодня находятся и российско-саудовский, и российско-эмиратский, и российско-катарский диалоги.
Внешне двусторонняя отмена виз всегда выглядит как техническое дипломатическое решение. На практике она устраняет один из главных барьеров международного сотрудничества — сложность установления первого очного контакта. Для стран Залива личная встреча остается ключевым элементом деловой культуры. Решения о сотрудничестве редко принимаются дистанционно. Они формируются через серию визитов, переговоров и обсуждений лицом к лицу. Именно на этом уровне обычно возникают первые пилотные договоренности. Поэтому упрощение поездок напрямую влияет на скорость запуска совместных проектов. При этом очень важно понимать, что безвиз не создает предпосылки к сотрудничеству с нуля. Он появляется в момент уже растущего взаимного интереса сторон и многое упрощает.
Приведу несколько примеров, опираясь на Саудовскую Аравию как основного хедлайнера двустороннего диалога в 2025–2026 годах. По данным открытой статистики, только за первые девять-десять месяцев 2025-го товарооборот между Россией и Саудовской Аравией увеличился примерно на 85% по сравнению с предыдущим годом. Такой рост был бы невозможен без расширения отраслевого взаимодействия на всех уровнях. Причем характер взаимодействия сторон меняется. Если раньше основой отношений были энергетика, сотрудничество в рамках ОПЕК+ и нефтедобыча, то сегодня интересные партнерства России и Саудовской Аравии активно развиваются в промышленности, логистике, инфраструктуре, образовании, ИИ, технологиях, искусстве, культуре и сервисных секторах.
Показательным примером стала крупнейшая международная промышленная выставка «Иннопром» в Екатеринбурге, где, напомню, в 2024 году страной-партнером были ОАЭ, а в июле 2025 года в этой роли выступила Саудовская Аравия. Это был первый случай столь масштабного присутствия Королевства на ведущей российской индустриальной площадке. Именно в Екатеринбурге было объявлено о проведении в Эр-Рияде «Иннопрома‑2026» в феврале. Симметричным решением стало приглашение Саудовской Аравии на Петербургский международный экономический форум — 2026 в статусе страны-гостя.
За две недели до начала «Иннопрома‑2025» по приглашению Министерства внешнеэкономических связей Свердловской области экспертами нашей компании был проведен очный подготовительный семинар-практикум для российских экспортных и производственных компаний в Екатеринбурге. Основная его задача состояла в том, чтобы рассказать уральским промышленникам, предпринимателям, собственникам бизнеса об особенностях выхода на саудовский рынок и подготовить предприятия к прямому диалогу с делегацией Королевства на полях выставки. Кроме того, осенью 2025-го мы были приглашены к участию в вебинаре Дирекции по развитию туристической отрасли Мостуризма «Маркет-трек по Саудовской Аравии» в качестве спикеров, где подробно осветили особенности спроса на турпродукты со стороны аравийских путешественников и бизнесменов, ответили на вопросы участвовавших в вебинаре представителей индустрии гостеприимства и отельеров и предложили ряд конструктивных решений по подготовке столицы к визитам арабских гостей — от услуг по встречам и проводам в формате VipCar, где в автомобиле комфорт- и премиум-класса наряду с водителем к гостям прикреплен личный переводчик не просто арабского языка, а нужного диалекта, до подготовки сертифицированных гидов с арабским языком, специализированных путеводителей для более комфортного перемещения гостей по столице и других инициатив. Кстати, проект по подготовке путеводителя для туристов из Саудовской Аравии и других арабских стран был нами успешно реализован в партнерстве с кафедрой востоковедения факультета международных отношений УрФУ в Екатеринбурге как отличный практический инструмент по итогам «Иннопрома‑2025».
Состоявшийся с 8 по 10 февраля в столице Саудовской Аравии «Иннопром‑2026» продемонстрировал рост взаимного интереса в разных отраслях. Общее число российских компаний превысило 270, со стороны Саудовской Аравии было представлено свыше 650 компаний и организаций. По итогам «Иннопрома‑2026» был подписан ряд знаковых соглашений — например, о сотрудничестве между инвестиционно-венчурным фондом Республики Татарстан и Tadaamun Investment L. L.C., между саудовским промышленно-инвестиционным холдингом Alfaddaghi Holding и рядом ведущих технологических компаний из Москвы и т. д. Такие шаги показывают, что взаимодействие двух стран уже перешло из декларативной стадии в практическую. И это означает включение Королевства Саудовская Аравия в долгосрочную архитектуру российской внешнеэкономической повестки, куда уже входят Объединенные Арабские Эмираты, Катар, Оман, Ирак, Сирия и другие ближневосточные страны с разной степенью вовлеченности в разных отраслях.
Сегодня мы наблюдаем рост туристического потока из Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара в Россию. И как уже было отмечено выше, в международной практике и ближневосточной повестке такое почти всегда становится предвестником инвестиционного интереса. Первый визит формирует общее представление о стране и людях. Второй позволяет глубже изучить инфраструктуру, основы коммуникации. Лишь третий становится полноценной деловой поездкой с запланированными заранее переговорами и встречами.
Приведу еще один пример из нашей практики: в феврале 2026 года наши переводчики-арабисты сопровождали B 2B-встречу Saudi Dates, производителей фиников из Саудовской Аравии, с потенциальными российскими партнерами в Москве. И мы точно знаем, что эта встреча и качественный нетворкинг состоялись после тщательной подготовки и предварительных нескольких частных визитов саудовцев в Москву и проявленного ими интереса к рынку нашей страны для представления своей продукции. Кстати сказать, многие саудовские компании уже работают с нашей страной через свои филиалы в ОАЭ и соседних странах, а теперь налаживают и прямой трек.
Особенно важно, что саудовские и другие арабские бизнес-туристы уже активно посещают не только столичные центры, но и региональные центры и российские города-миллионники, которые традиционно являются площадками промышленного и частного сотрудничества. Пример Екатеринбурга показывает, что крупные индустриальные центры России, такие как Уральский регион, становятся самостоятельными точками входа в сотрудничество со странами Персидского залива. Аналогичные активные процессы развиваются в Татарстане и Башкортостане (интуитивно понятных саудовцам мусульманских субъектах страны), в Санкт-Петербурге (благодаря ПМЭФ), в Сочи (спортивной столице России) и в Краснодарском крае, а также в других регионах.
Распространенное представление о том, что главным результатом роста туристического обмена станет развитие отраслей гостеприимства и сервисных услуг, не совсем точно. Наибольший эффект в краткосрочной перспективе получат компании, работающие в таких сегментах, как инжиниринг, промышленный экспорт, образовательные услуги, транспорт и логистика, IT-решения, консалтинг, локализация производств. Добавьте к этому стремление ОАЭ стать крупнейшим международным финансовым и туристическим хабом на Ближнем Востоке, а КСА — мировым центром развития ИИ и гейминга, и многое станет понятным.
Для этих индустрий налаженные треки делового туризма заметно снизят стоимость входа на рынки ОАЭ, КСА, набирающих популярность Омана, Бахрейна и Катара, и сделают возможными более быстрые переговорные циклы. Это особенно важно для малого и среднего бизнеса — сегмента, который чаще всего становится основой практического сотрудничества, пока на верхнем уровне достигаются глобальные договоренности и заключаются стратегические контракты.